Часть первая: От рождения до мученичества «Часть вторая»

Роль навязанной войны в формировании личности Касема Сулеймани

В середине 1960-х годов в деревне Канат-э-Малек, в уезде Рабер, провинция Керман, родился ребенок, который впоследствии оказал глубокое влияние на ход событий на Ближнем Востоке. Касем Сулеймани, сын простой и трудолюбивой семьи, вырос в религиозной и культурной среде, где особое место занимали уважение к религии, родине и труду. Это воспитание сыграло значительную роль в формировании в нем страстного, скромного и стойкого духа.

Подростковый возраст Сулеймани совпал с пиком народного недовольства режимом Пахлави. Однако поворотным моментом в формировании его характера считается вступление на поле боя в первые годы навязанной войны. Хадж Касем, молодой человек, первоначально попавший на фронт в качестве рядового бойца, быстро привлек к себе внимание своей дисциплиной, мужеством и военной смекалкой, и в короткие сроки принял командование 41-й дивизией Тараллаха; легионом, название которого впоследствии стало ассоциироваться с эпопеей и самопожертвованием.

Во время войны Сулеймани проявил себя не только как оперативный командир, но и в сложных кризисных ситуациях, таких как 8-я битва при Валь-Фаджре, 5-я битва при Кербеле и пограничные операции, его способность анализировать обстановку, быстро принимать решения и вдохновлять войска выделялась. Он определял себя не за командными столами, а на передовой, рядом с войсками; этот стиль полевого руководства оставался с ним до конца жизни.

После войны, вместо того чтобы уйти в отставку или войти в формальные политические структуры, Сулеймани выбрал новый путь: противостояние возникающим транснациональным угрозам. В 1970-х и 1980-х годах, когда «Аль-Каида», «Талибан», а затем и ИГИЛ сделали обстановку в регионе критической, Хадж Касем, приняв на себя ответственность за командование Корпусом стражей исламской революции, вступил на арену, требующую глубокого понимания региональных событий, взаимодействия с различными участниками и одновременного управления военной, политической и культурной сферами.

От Ирака до Ливана, от Сирии до Афганистана и Йемена, Сулеймани стал архитектором сети, известной сегодня как «Фронт сопротивления». Он был не только командующим операциями, но и учителем и советником лидеров групп сопротивления. На стратегических совещаниях, опираясь на анализ разведывательных данных и глубокое понимание этнического и религиозного контекста региона, он представлял планы, которые часто нарушали планы противника.

Личность Хаджа Касема представляла собой смесь стратегической рациональности и практического мистицизма. В своих речах он использовал Коран, дуа Кумайла и Нахдж аль-Балага, а в его поведении проявлялись смирение, доброта к людям и непоколебимость перед врагом. Он оставался солдатом, даже когда его имя было на первых полосах мировых новостей. Его хаки-форма, его скромное присутствие на поле боя и его ночные слезы во время молитвы Тахаджуд создали неповторимый образ духовно-военного лидера.

Жизнь Сулеймани, от деревни Канат-э-Малек до багдадского аэропорта, — это история человека, который преодолел географические границы и покорил сердца. Его мученическая смерть не стала концом миссии; это было начало новой главы в борьбе народов против господства, и она вдохновила поколение, которое полагается на своих собственных героев, а не на привнесенные мифы.

Переход от полевого командира к архитектору фронта сопротивления

Переход Касема Сулеймани от полевого командира к архитектору фронта сопротивления считается поворотным моментом в его личностном и стратегическом развитии. Накопив богатый опыт в классических и партизанских боях во время навязанной войны, после войны он встал на путь, который включал в себя не только поля сражений, но и сферы неформальной дипломатии, транснациональных связей и стратегического проектирования оси сопротивления.

В 1990-х годах Сулеймани столкнулся с событиями после Боснийской войны, оккупацией Афганистана и усилением такфиристских движений. Но то, что закрепило его переход на региональный уровень, — это формальное командование Корпусом стражей исламской революции (КСИР), институтом, роль которого определяется за пределами национальных границ. В отличие от чисто военных командиров, Хадж Касем на этом новом посту смог установить динамичную связь между полем боя и столом переговоров, между операциями и коалициями, а также между оружием и политикой.

Постепенно он стал фигурой, сыгравшей непосредственную роль в создании сетей сопротивления в нескольких странах: от восстановления «Хезболлы» после 33-дневной войны до организации Сил народной мобилизации в Ираке и стабилизации сирийского правительства в условиях опосредованной войны.